Перейти к основному контенту
Ростов-на-Дону ,  
0 

Курс на новую реальность: что происходило с экономикой Юга в 2022 году

Экономика Юга и Кавказа прошла 2022 год лучше, чем ожидалось. Эксперты прогнозируют непростое будущее, но для регионов с диверсифицированной экономикой сложные времена пройдут ровнее, чем для сырьевых и промышленных

Крайне негативные, катастрофические прогнозы начала 2022 года не оправдались — и эксперты, и игроки рынка отмечают, что спад экономики в большинстве регионов оказался ниже ожидаемого. На общем фоне Юг и Северный Кавказ выглядят лучше, чем другие части страны, — парадоксальным образом отчасти благодаря меньшей вовлеченности в международный торговый оборот, отчасти — небольшой доле наиболее пострадавших отраслей, отчасти — диверсифицированной экономике.

В основе текущего кризиса лежат геополитические причины, отмечает краснодарский экономист Александр Полиди. Поэтому изначально давать точные прогнозы было невозможно, считает эксперт. Те оценки, которые выносились в начале года, оказались далеки от реальных тенденций. В частности, ожидалась инфляция более 20%, спад экономики — на уровне 10–15%. Основными факторами риска назывались разрыв логистических цепочек, санкции и уход иностранных компаний. Но в итоге спад на уровне страны составит 3,5–4%, инфляция ожидается на уровне 10%.

«Ситуация повлияла деструктивно, как на всю экономику страны, так и на регионы Юга. Таких факторов, которые приводили к подобным деструктивным процессам, наша страна не встречала уже давно. Они беспрецедентны по продолжительности действия и превосходят кризис 90-х годов. Поэтому говорить о позитивных процессах не приходится. Но для ряда регионов, и в частности Краснодарского края, влияние было меньше. Спад значительно ниже, чем в среднем по стране», — отмечает Полиди.

По его словам, Кубань выиграла за счет ориентированной на конечного потребителя экономики, в которой доминируют те отрасли, которые меньше всего пострадали. Среди них АПК, курорты, промышленность и логистика.

Обратная сторона глобализации

«На Юге и на Кавказе нет субъектов, экономика которых была бы сконцентрирована в наиболее пострадавших от санкций отраслях — автомобильном производстве, добыче угля или лесопромышленном комплексе и некоторых других. Поэтому среди них только Крым можно назвать регионом, который оказался в наиболее уязвимой из-за геополитики ситуации. Но общие экономические условия — ухудшение логистики, санкции, изменение потребительского поведения населения и инфляция отразились на всех регионах», — прокомментировали в пресс-службе агентства АКРА.

Помимо малой доли наиболее пострадавших от санкций отраслей, сыграли роль диверсифицированность и низкая интегрированность в мировую экономику. Особенно верно это в отношении республик СКФО, отмечает директор НИЦ пространственного анализа и региональной диагностики ИПЭИ РАНХиГС Дмитрий Землянский.

«В регионах ЮФО и СКФО зависимость от импорта была не столь высока, особенно это касается республик Северного Кавказа, которые были в меньшей степени интегрированы в международную экономику. Ориентация на внутренний спрос и переработку местного сырья позволила промышленности макрорегиона быть достаточно устойчивой», — отмечает он.

Притом, подчеркивает эксперт, сильнее пострадали крупные регионы, где экспорт и импорт играли большую роль, в частности Краснодарский и Ставропольский край.

«Лучше других адаптируются регионы, сохранившие традиционную промышленность, способную работать без импортных поставок комплектующих, а также регионы с повышенной ролью предприятий оборонного комплекса. Например, Дагестан по итогам трех кварталов показал рост промпроизводства на 15%», — считает Землянский.

Согласен с этой точкой зрения и Евгений Куценко, директор центра «Российская кластерная обсерватория» ИСИЭЗ НИУ ВШЭ. По его словам, регионы Северного Кавказа, не так сильно интегрированные в мировую экономику, не только пострадали меньше, но и быстрее восстановились.

Туризм вытянул розницу

Потребительский спрос снизился во всех сегментах — сказались падение доходов населения, рост инфляции и ряд других факторов.

«Ввоз товаров стал сложнее из-за ухудшения логистических условий. Все в комплексе негативно сказалось на потребительском секторе в большинстве регионов. Но на Юге и Северном Кавказе одновременно сработал и обратный процесс — удорожание импортных туров привело к росту популярности внутрироссийского туризма», — рассказывает Землянский.

По его словам, в результате падение розничной торговли в ЮФО и СКФО оказалось значительно ниже, чем в среднем по стране. Краснодарский край, Ростовская область и некоторые республики Северного Кавказа помогли улучшить показатели в округах.

«Закрытие ряда аэропортов, в том числе в Краснодарском крае, Ростове-на-Дону, Симферополе и Элисте, по-разному отразилось на регионах: произошло перераспределение туристического потока из Крыма в другие регионы, что создало там дополнительный спрос на трудовые ресурсы. Особенно можно выделить Дагестан, туризм в котором бурно развивается как минимум второй год подряд, и Ставропольский край», — отмечают в АКРА.

При этом турпоток на ключевые туристические локации Юга не сократился, а вернулся к докризисным показателям. Более того, события последних лет, начиная с пандемии, подстегнули интерес инвесторов — в частности, в Краснодарском крае резко выросла доля проектов в этой сфере и общие вложения в сегмент. Сложности с выездным туризмом привели к росту внутренних направлений.

Бюджетный парадокс

Что касается региональных бюджетов, то они на фоне экономической нестабильности показали рост. В РАНХиГС отмечают, что весной эксперты прогнозировали спад, но бюджеты многих субъектов Федерации показали устойчивость благодаря уплате налога на прибыль авансом, стабилизации занятости и ряду других факторов.

«Примерно половина регионов ЮФО и СКФО по итогам девяти месяцев показывают динамику лучше, чем в среднем по стране. Особенно это касается Астраханской области и Ставрополья. На другом «полюсе» несколько республик (Дагестан, Северная Осетия, Калмыкия, Ингушетия), доходы которых выросли не так сильно, заметно хуже, чем в среднем по стране, — сказывается высокая роль неформальной занятости и теневой экономики, которые не позволяют получать адекватные бюджетные эффекты от роста промышленности и туризма», — отмечает Землянский.

Но при этом бюджеты на ближайшие три года регионы принимают дефицитными — при небольшом росте доходов даже «богатые» субъекты — такие, как Кубань и Дон, ждут увеличения расходов и, соответственно, роста заимствований. В Краснодарском крае госдолг к 2025 году может достигнуть 180 млрд рублей, превысив рекордные постолимпийские показатели, когда регион входил в число лидеров по абсолютному размеру долга.

Нарастят долговые обязательства и другие регионы ЮФО и СКФО — хотя и не в таких объемах. В агентстве АКРА это связывают в том числе и с необходимостью финансировать, помимо социальных задач, еще и программы по модернизации экономики и недопущения технологической отсталости в различных отраслях.

«Большая часть экспертов ожидают в следующем году заметного замедления темпов роста по большинству источников налоговых и неналоговых доходов региональных бюджетов, в том числе существенного уменьшения темпов роста субсидий. Одновременно специалисты ждут небольшого ускорения роста расходов. Эта ситуация будет разбалансировать региональные бюджеты и приведет к увеличению дефицита. Поэтому сейчас многие регионы принимают достаточно консервативные бюджеты на 2023 год, понимая, что реализовывать масштабные новые проекты будет непросто», — считает Землянский.

Туманное будущее

Эксперты сходятся во мнении, что экономика России не в полной мере еще ощутила эффект от санкций и кризисные явления будут проявляться в течение ближайших лет.

«Самый серьезный вызов — нарушение логистических и производственных цепочек. Исчезновение импортных технологий, комплектующих и сырья стали серьезным вызовом для бизнеса, а усложнение экспорта в недружественные страны сокращает рынок сбыта. Важно понимать, что реальный эффект от санкционного давления мы пока не видим, и говорить об этом преждевременно. Однако стоит отметить, что бизнес уже недавно сталкивался со сложностями, вызванными пандемией COVID-19, поэтому сегодня ему приходится не так тяжело, как могло быть», — считает директор по развитию бизнеса компании Б1 в ЮФО Евгений Панасенко.

По мнению Александра Полиди, в ближайшей перспективе лучше себя будут чувствовать те же сферы, которые максимально быстро адаптировались в 2022 году. Это АПК, экспортный потенциал в котором остается высоким, туристическая сфера, где спрос переориентировался из-за ограничений. Продолжат развиваться торгово-транспортные логистические комплексы.

«Неизбежно спрос будет переориентироваться на южные порты. Турция — это основной логистический хаб, который нас связывает с Европой. А Европа — это крупнейший торгово-экономический партнер страны. Даже если будет ускоренная переориентация на Китай, здесь морские перевозки останутся актуальными», — считает эксперт.

Также в сфере перспективных отраслей для Юга называются IT-кластер и промышленность.

Дмитрий Землянский, директор НИЦ пространственного анализа и региональной диагностики ИПЭИ РАНХиГС:

«Весной 2022 года в условиях неопределенности масштаба и продолжительности санкций очень многие эксперты предрекали существенный спад в экономике страны и большинства регионов. Казалось, что главными негативными факторам и рисками станут рост цен на внутреннем рынке, логистические ограничения, уход иностранных компаний с рынка и соответствующий рост безработицы, спад собственных доходов региональных бюджетов при одновременном росте расходов. Сейчас уже можно сказать, что далеко не все из этих факторов реализовались.

Во-первых, санкции вводились со значительным лагом, большая часть из них начинали действовать не сразу, а через несколько месяцев после введения. С одной стороны, это позволило бизнесу и властям адаптироваться, дало переходный период. С другой стороны, мы еще не видим всех последствий, и повода впадать в эйфорию тоже нет.

Во-вторых, на уровне правительства страны и регионов очень быстро принимались решения по адаптации мер государственной поддержки занятости, льготного кредитования, снижения ограничений для регионов в части межбюджетных отношений. Это помогло бизнесу перестроиться хотя бы частично.

В-третьих, было принято несколько серьезных решений по стабилизации региональных бюджетов, прежде всего направленных на замещение коммерческого долга, который резко подорожал и стал недоступен. В результате спад оказался гораздо меньше весенних прогнозов».

Евгений Куценко, директор Центра «Российская кластерная обсерватория» ИСИЭЗ НИУ ВШЭ:

«Любая ситуация, даже негативная, просто меняет баланс в экономике. Всегда кто-то выигрывает, кто-то проигрывает. Поэтому кризис сформировал некие возможности. Для Юга это, конечно, сельское хозяйство и пищевая промышленность. Четверть всего российского производства приходится на ЮФО. Потребность в импортозамещении продолжит расти и открывать возможности для экспорта, так как на Юге расположены порты.

Большие перспективы у туризма. Есть определенные инфраструктурные ограничения — и если государство поможет, то сегмент может стать устойчивой точкой роста.

Среди перспективных направлений — это легкая промышленность. Уже сейчас, например, активно развивается производство меха в Ставропольском крае, текстильная промышленность в Дагестане. Часто это малый бизнес, находящийся в тени, что характерно для Юга. Поэтому оценить экономический потенциал очень сложно, с теневым бизнесом и занятостью мы очень многого не знаем. Поэтому выход в «белую» — большой вызов, при преодолении которого мы можем говорить о кардинально ином развитии экономики.

Основные тренды, которые будут оказывать влияние на экономику Юга в 2023 году:

1. Упрощение как основной тип адаптации промышленности к новым условиям в 2022 году. Это несет в себе риски того, что реализуемые проекты станут менее технологичными, а значит, конкурентоспособными.

2. Переориентация на рынки Азии, которая повлияет на территории Юга и Северного Кавказа. Но провозные возможности транспортной инфраструктуры в Сибири и на Дальнем Востоке ограничены. Это открывает существенные возможности по усилению роли международного транспортного коридора «Север — Юг», развития автомобильного и железнодорожного сообщения, морских перевозок на Каспии. Развитие регионов будет во многом зависеть от оперативной ликвидации слабых мест.

3. Возможная трансформация межбюджетных отношений, более жесткие условия распределения трансфертов в условиях дефицитного федерального бюджета, которая может сказаться на высокодотационных бюджетах, в особенности регионов СКФО.

4. Продолжительность ограничений, связанных с СВО, и обстановка в районе операции, которая может существенно помешать туристскому сезону на Черноморском побережье.

Источник: РАНХиГС

СберПро Медиа Интересное

Меры государственной поддержки бизнеса: подборка за I квартал 2024 года

СберПро Медиа Финансы

Как новое поколение недропользователей меняет золотодобычу: кейс «Золото Дельмачик»

СберПро Медиа Интересное

Кто такой CSM? И зачем бизнесу менеджер по успеху

СберПро Медиа Туризм

Отдохнуть и полечиться. Какие туристические проекты запускались
в 2023 году в России

СберПро Медиа Интересное

На диджитал-рельсы: как правильно организовать цифровизацию в компании

СберПро Медиа Недвижимость

Барометр отрасли: рынок строительного подряда

СберПро Медиа ТМТ

В каждом смартфоне. 9 трендов в разработке мобильных приложений

СберПро Медиа Лесопромышленный комплекс

Барометр отрасли: лесопромышленный комплекс

СберПро Медиа Интересное

Как российские компании переходят на отечественные АБС-пластики

СберПро Медиа Интересное

Нейросетевой мозг
для кобота. Ключевые тренды российской робототехники

Авторы
Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.

  

Лента новостей
Курс евро на 20 апреля
EUR ЦБ: 99,58 (-0,95)
Инвестиции, 19 апр, 16:51
Курс доллара на 20 апреля
USD ЦБ: 93,44 (-0,65)
Инвестиции, 19 апр, 16:51
Все новости Ростов-на-Дону
Близкие актера Омельченко назвали причину его смерти Общество, 20:19
В ДТП с маршруткой в подмосковном Щелково пострадали 10 человек Общество, 20:05
Слишкович рассказал о целях на посту и.о. главного тренера «Спартака» Спорт, 20:04
Политолог Суздальцев назвал провокацией сообщение о своем задержании Политика, 20:02
В Тверской области бывший кандидат в депутаты признался в убийстве жены Общество, 19:55
В Сербии увидели угрозу для ООН из-за резолюции о геноциде в Сребренице Политика, 19:52
В Калужской области ПВО сбила несколько дронов Политика, 19:41
Г. Нахапетян: создание устойчивого бизнеса
Смотрите этот и еще 40+ курсов в опции Уроки Легенд
Подробнее
Финляндия попросила у ЕС денег на поддержку граничащих с Россией регионов Политика, 19:10
Акинфеев впервые с августа 2023 года остался в запасе ЦСКА в матче РПЛ Спорт, 19:01
На Украине попытка вручить повестки привела к конфликту со стрельбой Политика, 18:50
В Липецкой области нашли обломки двух летательных аппаратов Политика, 18:44
В «Спартаке» отреагировали на информацию об интересе к Юрану Спорт, 18:40
Гол на последних секундах принес «Балтике» победу над «Крыльями Советов» Спорт, 18:28
Макрон встретился с экс-главредом «Новой газеты» Муратовым Политика, 18:21